Автор стиха: Демьян Бедный

Набат

Сегодня «День советской пропаганды» —
Призыв для тех, кого объяла лень.
Пропагандист, как я, не ждёт команды:
Я бью в набат уже не первый день.
Враг опьянён безумною отвагой,
Идёт к концу неразрешённый спор,
В последний раз с дворянской тонкой шпагой
Скрестили мы наш боевой топор.
Пронзит ли враг нам сердце острой сталью?
Иль голова слетит с дворянских плеч?
От братских сил отрезаны мы далью,
А у врага нет сил для новых сеч.
В отчаянье он всё на карту ставит,
Ему назад дорога отнята…
Вперёд, бойцы! И пусть змею раздавит
Железная рабочая пята!

Демьян Бедный

Читать еще стихотворения Бедного:


Наказ
В непроезжей, в непролазной
В деревушке Недородной

Нас побить, побить хотели
Нас побить, побить хотели,
Нас побить пыталися,

Наш путь
В Москве вышла новая газета партии большевиков «Наш путь». «Уж у меня ли, кум, завод был не завод? Без остановки шёл — сочти, который год? Чуть не Расею всю мог завалить товаром! — Московский некий туз, налёгши на чаёк, Пыхтел за пятым самоваром. — А нонь к чему идёт? Нет, братец мой, — недаром Всё жуть меня брала, и сердце ёк да ёк. Я как людей держал? В ежовых рукавицах! Не пикни у меня о разных небылицах. Замятня вышла раз — так я, не будь глупцом: «Вот как вы, — говорю, — с родным своим отцом! Кто ж, как не я, всегда держался с вами вкупе?» — Умаслил дураков одним-другим словцом, Наобещал им… чёрта в ступе. Утихомирились. Покой и благодать. Ан новой-то беды пришлось недолго ждать. Всё Питер, съешь его проказа! Там вольнодумство все свои дало ростки, «Звезда»… и «Правда» вслед… Проклятые листки! От них ведь вся зараза. Заглянешь на завод — кругом шу-шу, шу-шу. Шуршат газетами… Смешки да переглядки… «У, черти, — думаю, — уж я вас распушу!» Куда там. Самого трясёт без лихорадки. Боюсь. Чего? И не понять. Всё Питер. Сразу бы принять Решительные меры. Нет, спохватились через год: Бьют «Правду» и теснят на всякие манеры. Да что! Умнее стал народ: Набрался бодрости и веры — И не доест и не допьёт, Последний грош в газету шлёт. Газета, что ни день, за карой терпит кару. Но каждому удару Готов отпор, — Не оставляют без ответа: Была до этих пор Одна газета, А нынче будет две — И в Петербурге и… в Москве! Да, нечего сказать, хорошие итоги! Где? У кого искать подмоги? Просить, чтоб и Москва с газетою дубьём Боролася и плетью? Дразнить рабочих вновь? Нарваться на подъём И на газету… третью?..» Я тоже думаю: пусть «Нашему пути» Враги не слишком рады. Товарищи! Кто как там ни верти, Нет силы, чтобы нас держали взаперти! Рабочей мысли нет преграды!

Наша родина
Дворяне, банкиры, попы и купечество,
В поход обряжая Тимох и Ерем,

Не примирился
Не примирился — нет! — я с гнусной рабской долей,
Всё так же пламенно я грежу вольной волей,

Неизлечимый
Какой-то тип страдал запоем.
В запое был он зверски лют,

Неповторимые
Мы вдаль наши взоры вперяем
И, в пламени новых идей

Никто не знал
Был день как день, простой, обычный,
Одетый в серенькую мглу.

Новогоднее
Давая прошлому оценку,
Века и миг сводя к нолю,

Новожизненские лягушки
Чем демократичнее власть, тем
она дороже обходится народу.