Автор стиха: Яков Петрович Полонский

Молитва

Отче наш! Сына моленью внемли!
Все-проникающую,
Все-созидающую,
Братскую дай нам любовь на земли!

Сыне, распятый во имя любви!
Ожесточаемое
Оскудеваемое
Сердце ты в нас освежи, обнови!

Дух Святый! Правды источник живой!
Дай силу страждущему!
Разуму жаждущему
Ты вожделенные тайны открой!

Боже! Спаси ты от всяких цепей
Душу проснувшуюся
И ужаснувшуюся
Мрака и зла и неправды людей!

Вставших на глас твой услыши мольбу,
И цепенеющую,
В лени коснеющую
Жизнь разбуди на святую борьбу!

Между 1855 и 1860

Легкие стихи Полонского Стихи Полонского 20 строк Стихи Полонского о Боге и вере Яков Петрович Полонский

Читать еще стихотворения Полонского:


Беглый
— Ты куда, удалая ты башка?
Уходи ты к лесу темному пока:

Когда я был в неволе…
Когда я был в неволе,
Я помню, голос мой

Ответ
Ты спрашиваешь: отчего
Так пошло все и так ничтожно,

Suum cuique (Увидалъ изъ-за тучи…)
Увидалъ изъ-за тучи
Какъ въ долину сошла молодая

Казимир Великий
(Посв. памяти А. Ф. Гильфердинга)
[1 Стихотворение «Казимир Великий» было задумано мною в 1871 году. Покойный А, Ф. Гильфердинг просил меня написать его для второго литературного вечера в пользу Славянского комитета. — Тема для стихов была выбрана самим Гильфердингом, им же были присланы мне и материалы, — выписки из Польского летописца Длугоша, с следующею в конце припискою: «Раздача хлеба в пору голода у летописца рассказана без всякой связи с другими фактами из жизни Казимира, потому тут у вас carte blanche…» — Стихи были набросаны, когда я узнал, что литературный вечер с живыми картинами в пользу Славянского комитета не состоялся и отложен на неопределенное время. — Затем умер и наш многоуважаемый ученый А. Ф. Гильфердинг, самоотверженно собирая легенды и песни того народа, изучению которого, в связи со всеми ему соплеменными народами, с любовью посвящал он всю свою жизнь.]

Не то мучительно, что вечно-страшной тайной…
Не то мучительно, что вечно-страшной тайной
В недоуменье повергает ум,

Вызов
За окном в тени мелькает
Русая головка.

В гостях у А. А. Фета
Тщетно сторою оконной
Ты ночлег мой занавесил, —

Глаза и ум, и вся блестишь ты…
Глаза и ум, и вся блестишь ты,
Невзгод житейских далека…

Белая ночь
Дым потянуло вдаль, повеяло прохладой.
Без теня, без огней, над бледною Невой