Автор стиха: Бунин Иван Алексеевич

Магомет и Сафия

Сафия, проснувшись, заплетает ловкой
Голубой рукою пряди чёрных кос:
«Все меня ругают, Магомет, жидовкой», —
Говорит сквозь слёзы, не стирая слёз.

Магомет, с усмешкой и любовью глядя,
Отвечает кротко: «Ты скажи им, друг:
Авраам — отец мой, Моисей — мой дядя,
Магомет — супруг».

Бунин Иван Алексеевич

Читать еще стихотворения Бунина:


Мандрагора
Цветок Мандрагора из могил расцветает,
Над гробами зарытых возле виселиц чёрных.

Михаил
Архангел в сияющих латах
И с красным мечом из огня

Молодой король
То не красный голубь метнулся
Темной ночью над черной горою —

Морозное дыхание метели
Морозное дыхание метели Еще свежо, но улеглась метель. Белеет снега мшистая постель, В сугробах стынут траурные ели. Ночное небо низко и черно,— Лишь в глубине, где Млечный Путь белеет, Сквозит его таинственное дно И холодом созвездий пламенеет. Обрывки туч порой темнеют в нем… Но стынет ночь. И низко над землею Усталый вихрь шипящею змеею Скользит и жжет своим сухим огнем.

Мудрым
Герой — как вихрь, срывающий палатки,
Герой врагу безумный дал отпор,

Мужичок
Ельничком, березничком — где душа захочет —
В Киев пробирается божий мужичок.

Мулы
Под сводом хмурых туч, спокойствием объятых, Ненастный день темнел и ночь была близка,— Грядой далеких гор, молочно-синеватых, На грани мертвых вод лежали облака. Я с острова глядел на море и на тучи, Остановясь в пути,— и горный путь, виясь В обрыве сизых скал, белел по дикой круче, Где шли и шли они, под ношею клонясь. И звук их бубенцов, размеренный, печальный, Мне говорил о том, что я в стране чужой, И душу той страны, глухой, патриархальной, Далёкой для меня, я постигал душой. Вот так же шли они при цезарях, при Реме, И так же день темнел, и вдоль скалистых круч Лепился городок, сырой, забытый всеми, И человек скорбел под сводом хмурых туч.

На Дальнем Севере
Как небо скучно и уныло,
Так сумрачно вдали,

На Плющихе
Пол навощен, блестит паркетом.
Столовая озарена

На просёлке
Веет утро прохладой степною…
Тишина, тишина на полях!