Автор стиха: Александр Александрович Бестужев

Зюлейка

Нет, ты мой и мой навечно!
От любви любовь крепка,
Прелесть страсти, друг сердечный,
Краше перстня и венка.
Гордо я подъемлю брови
От твоих высоких дум;
Бытие мое в любови,
А душа любови — ум.

Александр Александрович Бестужев Короткие стихи Бестужева Лучшие стихи Бестужева Стихи Бестужева 8 строк Стихи Бестужева о любви

Читать еще стихотворения Бестужева:


Из письма Савицкой
…Что ж до меня, то я бы желал прихода лета — тогда, Софья Васильевна, я бондировал бы всю Ладогу балладами и идиллиями,— но теперь Как жаль, что веют здесь Бореи — не Зефиры, Что не цветут цветы, И словом: вешних дней не видно красоты! А то бы, волю дав струнам пернатой лиры (В простонаречии: гусиное перо), На крыльях юныя мечты, Я б мог представить вас среди полей, кусточков, Гуляющу в тени лесов, Задумавшуюся при шуме ручейков, При говоре листочков, При пеньи птиц лесных; И даже, вспомнивши тираду из Моины, Вздыхающею (для картины); Или в душе с мечтой, с мадам Жанлис в руке, Спешите к Волхову-реке, То с песнями по ней катаясь в челноке, То на уде, и гибкой, и дрожащей, Прельстившись чешуей блестящей, Влечете бьющихся невинных рыб из волн, То к старой Ладоге стремите утлый челн И там, с высот уже осиротелых башен, Раздробленных веков стопой, На все окрестности бросаете взор свой. Воспоминаете, сколь Игорь в них был страшен, Как славою сей град гремел!.. А ныне? Там, где меч о камнь точил воитель, Где щит войну звучал, звенели тулы стрел, Смиренная стоит отшельников обитель; Плющом каменья поросли, Упали стены и бойницы, И кролики живут героев средь столицы. Вы мыслите: «Так всё проходит на земле! ..» И в гости на кадриль спешите. Потом я мог представить вас На берегу крутом, где Волхов волны рьяны Катит через порог, через бугры песчаны, Стрелой летя от глаз. Я вижу мысленно: на сопке вы сидите, На запад пламенный глядите, Любуетесь, когда среди пурпурных туч Играет, отразясь, последний солнца луч; Как с тверди мраки льются, Как по холмам туманы вьются. …Вы погрузились в море дум; Вот слышится плеск волн, дубравы тихой шум И ветров хладных завыванье, И под курганами подземное стенанье. По чувствам трепет пробежал, Цепями призрак зазвучал. О ужас! близко… Не пугайтесь… Не бойтесь мертвецов,— с живыми забавляйтесь В кругу своих Знакомых и родных. Об ужасах лишь в снах видайте, Лишь в жмурках в мрачности блуждайте. И, стихотворному поверя не всему, Благодарите вновь зиму, Котора, в теплые вас комнаты загнавши, Вкруг игр и радости собравши, С сестрами, братьями заставила весть дни В священной отческой сени! А то бы силою обильна рифм теченья И летнего воображенья Я, может быть, заставил вас Парить из Ладоги — по ветру на Кавказ! …Но еще все ли я высказал? Посещения, приемы, игры, танцы, катанья, гулянья и проч. и пр. занимают вас, я думаю, не менее приятно во всё время праздников. Лишь к удовольствиям желания стремя, Смеетесь, резвитесь, танцуете, а я? А я скучаю по обыкновению, сижу дома по привычке, занимаюсь по охоте. Много читаю, мало пишу, и еще менее сочиняю. По общему уделу людей думаю и раздумываю, в неудачах приговариваю, всё к лучшему! О смертной косе думаю редко; ибо люблю жить, хоть и не боюсь смерти, веселюсь, когда можно (это не часто бывает), радоваться здесь нечему — Я не живу почти,— дышу, Скучаю сам, других смешу И, хладность дружбы Мечтами золотя, Играю цепью службы, Как милое дитя.

К Креницину
Тебе ли, Муз Питомец юный,
Томить печалью звучны струны,

К облаку
Куда столь быстро и легко,
И гордо, и прелестно,

Лиде
Приди, о, милая, приди На берег изумрудный! Разлуки сон в моей груди Тяжелый, беспробудный. Приди и сердце оживи Очей волшебным светом, Невинной ласкою любви, Младенческим приветом! С тобой, красавица-душа, Светлее утра слезы И, благовоннее дыша, Горит румянец розы. С тобой, струями говоря, Поток сверкает ярче, Свежей вечерняя заря И тихий полдень жарче. И мнится, воздух напоен Неведомым томленьем И лист, зефиром оживлен, Трепещет наслажденьем. И, к смертным благости полна, По синеве бездонной Над нами катится луна С улыбкой благосклонной. Приди, о, милая, приди! И страсти вал мятежной Ты укротишь в моей груди Елеем дружбы нежной.

Любуюсь я твоим конем
Любуюсь я твоим конем;
Не поступью его игривой,

Михаил Тверской
В темнице мрачной и глухой
Ночною позднею порой

Муравьеву-Апостолу
Еще ко гробу шаг — и, может быть, порой,
Под кровом лар родных, увидя сии строки,

Оживление
Чуть крылатая весна Радостью повеет, Оживает старина, Сердце молодеет; Присмирелые мечты Рвут долой оковы, Словно юные цветы Рядятся в обновы, И любви златые сны, Осеняя вежды, Вновь и вновь озарены Радугой надежды.

Осень
Пал туман на море синее, Листопада первенец, И горит в алмазах инея Гор безлиственный венец. Тяжко ходят волны хладные, Буйно ветр шумит крылом. Только вьются чайки жадные На помории пустом. Только блещет за туманами, Как созвездие морей, Над сыпучими полянами Стая поздних лебедей. Только с хищностью упорною Их медлительный отлет Над твердынею подзорною Дикий беркут стережет. Всё безжизненно, безрадостно В померкающей дали, Но страдальцу как-то сладостно Увядание земли. Как осеннее дыхание Красоту с ее чела, Так с души моей сияние Длань судьбины сорвала. В полдень сумраки вечерние — Взору томному покой, Общей грустью тупит терние Память родины святой! Вей же песней усыпительной, Перелетная метель, Хлад забвения мирительный Сердца тлеющего цель. Между мною и любимого Безнадежное «прости!». Не призвать невозвратимого, Дважды сердцу не цвести. Хоть порой улыбка нежная Озарит мои черты, Это — радуга наснежная На могильные цветы!

Ответ
Литература наша — сетка
На ловлю иноморских рыб;