Автор стиха: Бунин Иван Алексеевич

В Альпах

На высоте, на снеговой вершине,
Я вырезал стальным клинком сонет.
Проходят дни. Быть может, и доныне
Снега хранят мой одинокий след.

На высоте, где небеса так сини,
Где радостно сияет зимний свет,
Глядело только солнце, как стилет
Чертил мой стих на изумрудной льдине.

И весело мне думать, что поэт
Меня поймёт. Пусть никогда в долине
Его толпы не радует привет!

На высоте, где небеса так сини,
Я вырезал в полдневный час сонет
Лишь для того, кто на вершине.

Бунин Иван Алексеевич

Читать еще стихотворения Бунина:


Богиня
Навес кумирни, жертвенник в жасмине И девственниц склоненных белый ряд. Тростинки благовонные чадят Перед хрустальной статуей богини, Потупившей свой узкий, козий взгляд. Лес, утро, зной. То зелень изумруда, То хризолиты светят в хрустале. На кованом из золота столе Сидит она спокойная, как Будда, Пречистая в раю и на земле. И взгляд ее, загадочный и зыбкий, Мерцает все бесстрастней и мертвей Из-под косых приподнятых бровей, И тонкою недоброю улыбкой Чуть озарен блестящий лик у ней.

Бледнеет ночь
Бледнеет ночь… Туманов пелена
В лощинах и лугах становится белее,

Бессмертный
Ангел Смерти в Судный день умрёт: Истребит живущих — и со стоном Прилетит к Аллаху — и прострёт, Бездыханный, крылья перед троном. Ангел Мести, грозный судия! На твоём стальном клинке иссечен Грозный клич «Бессмертен только Я. Трепещите! Ангел Мести вечен».

Белый олень
Едет стрелок в зелёные луга,
В тех ли лугах осока да куга,

Балагула
Балагула убегает и трясет меня.
Рыжий Айзик правит парой и сосет тютюн.

Баба-Яга
Гулкий шум в лесу нагоняет сон — К ночи на море пал сырой туман. Окружен со всех с четырех сторон Темной осенью островок Буян. А еще темней — мой холодный сруб, Где ни вздуть огня, ни топить не смей. А в окно глядит только бурый дуб, Под которым смерть закопал Кощей. Я состарилась, изболелась вся — Десять сот годов берегу ларец. Будь огонь в светце — я б погрелася, Будь дрова в печи — похлебала щец. Да огонь — в морях мореходу весть, Да на сотню верст слышен дым от лык… Черт тебе велел к черту в слуги лезть, Дура старая, неразумный шлык!

Ангел
В вечерний час, над степью мирной,
Когда закат над ней сиял,

Апрель
Туманный серп, неясный полумрак,
Свинцово-тусклый блеск железной крыши,

Алёнушка
Аленушка в лесу жила,
Аленушка смугла была,

Айя-София
Светильники горели, непонятный
Звучал язык, — Великий Шейх читал