Подвиги великого князя Димитрия Иоанновича Донского известны всякому русскому. Он был сын великого князя Московского Иоанна Иоанновича, родился в 1350 году, великокняжеский престол занял 1362 года. Владычествовавшая над Россиею Золотая или Сарайская Орда в его время раздиралась междоусобиями. Один из князей татарских, Мамай, властвовал там, под именем Мамант-Салтана, слабого и ничтожного хана. Недовольный великим князем, Мамай отправил (в 1378 г.) мурзу Бегича со множеством татарского войска; ополчение Димитрия встретило их на реке Воже, сразилось мужественно и одержало победу. Раздраженный Мамай, совокупив еще большие толпы иноплеменников, двинулся с ними к пределам России. Димитрий вооружился; противники сошлись на Куликовом поле (при речке Непрядве, впадающей в Дон); бой был жестокий и борьба ужасная (8 сентября 1380 г.). На пространстве двадцати верст кровь русских мешалась с татарскою. Наконец Мамай предался бегству, и Димитрий восторжествовал. Сия знаменитая победа доставила ему великую славу и уважение современников. Потомство наименовало его Донским. Димитрий умер в 1389 году.
«Доколь нам, други, пред тираном
Склонять покорную главу
И заодно с презренным ханом
Позорить сильную Москву?
Не нам, не нам страшиться битвы
С толпами грозными врагов:
За нас и Сергия {1} молитвы
И прах замученных отцов!
Летим — и возвратим народу
10 Залог блаженства чуждых стран:
Святую праотцев свободу
И древние права граждан.
Туда! за Дон!.. настало время!
Надежда наша — бог и меч!
Сразим моголов и, как бремя,
Ярмо Мамая сбросим с плеч!»
Так Дмитрий, рать обозревая,
Красуясь на коне, гремел
И, в помощь бога призывая,
20 Перуном грозным полетел…
«К врагам! за Дон! — вскричали поиски, —
За вольность, правду и закон!» —
И, повторяя клик геройский,
За князем ринулися в Дон.
Несутся полные отваги,
Волн упреждают быстрый бег;
Летят, как соколы, — и стяги
Противный осенили брег.
Мгновенно солнце озарило
30 Равнину и брега реки
И взору вдалеке открыло
Татар несметные полки.
Луга, равнины, долы, горы
Толпами пестрыми кипят;
Всех сил объять не могут взоры…
Повсюду бердыши блестят.
Идут как мрачные дубравы —
И вторят степи гул глухой;
Идут… там хан, здесь чада славы —
40 И закипел кровавый бой!..
«Бог нам прибежище и сила! —
Рек Дмитрий на челе полков. —
Умрем, когда судьба судила!»
И первый грянул на врагов.
Кровь хлынула — и тучи пыли,
Поднявшись вихрем к небесам,
Светило дня от глаз сокрыли,
И мрак простерся по полям.
Повсюду хлещет кровь ручьями,
50 Зеленый побагровел дол:
Там русский поражен врагами,
Здесь пал растоптанный могол,
Тут слышен копий треск и звуки,
Там сокрушился меч о меч.
Летят отсеченные руки,
И головы катятся с плеч.
А там, под тению кургана,
Презревший славу, сад и свет,
Лежит, низвергнув великана,
60 Отважный инок Пересвет {2}.
Там Белозерский князь и чада {3},
Достойные его любви,
И окрест их татар громада,
В своей потопшая крови.
Уж многие из храбрых пали,
Великодушный сонм редел;
Уже враги одолевали,
Татарин дикий свирепел.
К концу клонился бой кровавый,
70 И черный стяг {4} был пасть готов, —
Как вдруг орлом из-за дубравы
Волынский {5} грянул на врагов.
Враги смещались — от кургана
Промчалось: «Силен русский бог!» {6} —
И побежала рать тирана,
И сокрушен гордыни рог!
Помчался хан в глухие степи,
За ним шумящим враном страх;
Расторгнул русский рабства цепи
80 И стал на вражеских костях!..
Но кто там, бледен, близ дубравы.
Обрызган кровию лежит?
Что зрю?.. Первоначальник славы {*},
Димитрий ранен… страшный вид!..
Ужель изречено судьбою
Ему быть жертвой битвы сей?
Но вот к стенящему герою
Притек сонм воев и князей.
Вот, преклонив трофеи брани,
90 Гласят: «Ты победил! восстань!»
И князь, воздевши к небу длани:
«Велик нас ополчивший в брань!
Велик! — речет, — к нему молитвы!
Он Сергия услышал глас;
Ему вся слава грозной битвы;
Он, он один прославил вас!»[1]
{* Выражение летописца.}
[1]СО, 1822, Ќ 40. Представлена в ВО 2.Х.1822. Историческая основа думы — летописные данные о Куликовской битве в изложении Карамзина (И, т. 5, гл. 1). Начальный монолог Димитрия написан под воздействием произведения Ивана Ламанского «Речь Димитрия Донского перед сражением на Куликовом поле» («Русский вестник», 1812, Ќ 6). См. об этом: В. И. Маслов. Литературная деятельность К. Ф. Рылеева. Дополнения и поправки. Киев, 1916, стр. 34. В 1833 г. находившийся в заключении Кюхельбекер перечитал» эту думу и оставил одобрительный отзыв о ней. (См. «Дневник В. К. Кюхельбекера». Л., 1929, стр. 146.)
1 Сергий Радонежский — видный церковный и политический деятель Древней Руси, благословивший Димитрия перед Куликовской битвой.
2 Пересвет Александр — монах Троице-Сергиева монастыря. Начал Куликовскую битву поединком с татарским богатырем Темир-мурзой (Челибеем). По летописи, они столкнулись с такой силой, что оба пали мертвыми.
3 Ст. 61. Князь Федор Белозерский и его сын Иван погибли в битве.
4 Черный стяг — знамя московского князя.
5 Волынский — Боброк Дмитрий Михайлович, командовал резервным полком, вступление которого в бой способствовало победе русских.
6 Русский бог — об употреблении этой идиомы в разные эпохи см. С. А.
Рейсер. «Русский бог». — Известия АН СССР. Серия литературы и языка, 1961, Ќ 1.