Короткие стихи Блока 12 строк (2 четверостишия или 2 столбика)
На данной странице представлены Короткие стихи Блока 12 строк (2 четверостишия или 2 столбика). Если вы не смогли найти нужное произведение воспользуйтесь поиском или перейдите на страницу поэта. Мы сгруппировали для вас стихи по различным тематикам. Красивые стихотворения, которые берут за душу, вы сможете прочитать в данном разделе.
Список стихотворений:
- Я сегодня не помню, что было вчера…
Я сегодня не помню, что было вчера,
По утрам забываю свои вечера,
- Я стремлюсь к роскошной воле…
Там один и был цветок,
Ароматный, несравненный
- Я помню час глухой, бессонной ночи…
Я помню час глухой, бессонной ночи,
Прошли года, а память всё сильна.
- Я — тварь дрожащая. Лучами…
Я — тварь дрожащая. Лучами
Озарены, коснеют сны.
- Я, изнуренный и премудрый…
Я, изнуренный и премудрый,
Восстав от тягостного сна,
- Я — меч, заостренный с обеих сторон…
Я — меч, заостренный с обеих сторон.
Я правлю, архангел, Ее Судьбой.
- Я и мир — снега, ручьи…
Я и мир — снега, ручьи,
Солнце, песни, звезды, птицы,
- Я шел к блаженству. Путь блестел…
Я шел к блаженству. Путь блестел
Росы вечерней красным светом,
- Я мог бы ярче просиять…
Я мог бы ярче просиять,
Оставив след на синей влаге.
- Я зол и слаб. Земное море…
Я зол и слаб. Земное море
Я перешел своим умом…
- Я шел во тьме дождливой ночи…
Я шел во тьме дождливой ночи
И в старом доме, у окна,
- Я кую мой меч у порога…
Я кую мой меч у порога.
Я опять бесконечно люблю.
- Я их хранил в приделе Иоанна…
Я их хранил в приделе Иоанна,
Недвижный страж, — хранил огонь лампад.
- Я сходил в стремнины горные…
Я сходил в стремнины горные,
Видел долы и леса.
- Я жалобной рукой сжимаю свой костыль…
Я жалобной рукой сжимаю свой костыль.
Мой друг — влюблен в луну — живет ее обманом.
- Я понял смысл твоей печали…
Я понял смысл твоей печали,
Когда моря из глубины
- Я помню нежность ваших плеч…
Я помню нежность ваших плеч —
Они застенчивы и чутки.
- Я ношусь во мраке, в ледяной пустыне…
Я ношусь во мраке, в ледяной пустыне,
Где-то месяц светит? Где-то светит солнце?
- Я коротаю жизнь мою…
Я коротаю жизнь мою.
Мою безумную, глухую:
- Я недаром боялся открыть…
Я недаром боялся открыть
В непогодную полночь окно.
- Я долго ждал — ты вышла поздно…
Я долго ждал — ты вышла поздно,
Но в ожиданьи ожил дух,
- Я вижу блеск, забытый мной…
Я вижу блеск, забытый мной,
Я различаю на мгновенье
- Я знаю, смерть близка. И ты…
Я знаю, смерть близка. И ты
Уже меня не пре’зришь ныне.
- Артистке
Позволь и мне сгорать душою,
Мгновенье жизнь торжествовать
- Servus-reginae (Слуга царице (лат.))
Не призывай. И без призыва
Приду во храм.
- Dolor ante lucem (Предрассветная тоска (лат.))
Каждый вечер, лишь только погаснет заря,
Я прощаюсь, желанием смерти горя,
- A la tres-chere, a la tres-belle… (Самой дорогой, самой прекрасной…)
Baudelaire[1]
Одной тебе, тебе одной,
- Я был невенчан. Премудрость храня…
Я был невенчан. Премудрость храня,
У Тайны ключами зловеще звенел.
- Я бремя похитил, как тать…
Я бремя похитил, как тать,
Несчастье разбил я на части,
- Аветик Исаакян. «Во долине, в долине Сално боевой…»
Во долине, в долине Сално[1] боевой,
Ранен в грудь, умирает гайдук.
- Чем больше хочешь отдохнуть…
Чем больше хочешь отдохнуть,
Тем жизнь страшней, тем жизнь
- Шар раскаленный, золотой…
Борису Садовскому
Шар раскаленный, золотой
- Я был весь в пестрых лоскутьях…
Я был весь в пестрых лоскутьях,
Белый, красный, в безобразной маске
- Целый день — суета у могил…
Целый день — суета у могил.
В синеватом кадильном дыму
- Что с тобой — не знаю и не скрою…
Что с тобой — не знаю и не скрою —
Ты больна прозрачной белизной.
- Шиллер. Брут и цезарь (отрывок)
Цезарь
Сын, ты стал великим из великих,
- Целый день передо мною…
Целый день передо мною,
Молодая, золотая,
- Байрон. Дамет
Бесправный, как дитя, и мальчик по летам,
Душою преданный убийственным страстям,
- Хранила я среди младых созвучий…
Хранила я среди младых созвучий
Задумчивый и нежный образ дня.
- Madonna da Settignano
Встретив на горном тебя перевале,
Мой прояснившийся взор
- Аветик Исаакян. «Я увидел во сне: колыхаясь, виясь…»
Я увидел во сне: колыхаясь, виясь,
Проходил караван, сладко пели звонки.
- Аветик Исаакян. «Под алмазным венцом…»
Под алмазным венцом
Среди звезд — Алагяз,
- Ходит месяц по волне…
Ходит месяц по волне,
Ходит солнце в синей зыби,
- Хоронил я тебя, и, тоскуя…
Хоронил я тебя, и, тоскуя,
Я растил на могиле цветы,
- Байрон. Подражание катуллу
Елене
О, только б огонь этих глаз целовать, —
- Байрон. Люсьетта (отрывок)
Люсьетта, голубка,
Твою прелесть живую
- Уходит день. В пыли дорожной…
Уходит день. В пыли дорожной
Горят последние лучи.
- Бегут неверные дневные тени…
С. Соловьеву
Бегут неверные дневные тени.
- Усталость
Кому назначен темный жребий,
Над тем не властен хоровод.
- Без меня б твои сны улетали…
Без Меня б твои сны улетали
В безжеланно-туманную высь,
- Утомленный, я терял надежды…
Утомленный, я терял надежды,
Подходила темная тоска.
- Усталым душам вдруг сдается…
Усталым душам вдруг сдается,
Взглянув на лоно прошлых дней,
- Усталый ветер в камышах шептал…
Усталый ветер в камышах шептал
О приближеньи зимних снов;
- Усталый от дневных блужданий…
Усталый от дневных блужданий
Уйду порой от суеты
- Успокоительны, и чудны…
Успокоительны, и чудны,
И странной тайной повиты
- У забытых могил пробивалась трава…
С. Соловьеву
У забытых могил пробивалась трава.
- У дверей
Я один шепчу заклятья,
Двери глухо заперты.
- Тянет ветром от залива…
Тянет ветром от залива,
В теплом ветре — снова ты.
- Тяжко нам было под вьюгами…
Тяжко нам было под вьюгами
Зиму холодную спать…
- Улица, улица
Улица, улица…
Тени беззвучно спешащих
- Ты — буйный зов рогов призывных…
Ты — буйный зов рогов призывных,
Влекущий на неверный след,
- Ты — думы вечной, вдохновенной…
Ты — думы вечной, вдохновенной
Суровый блеск в вечерней мгле
- Ты хочешь царствовать поныне…
Ты хочешь царствовать поныне,
Поэта дух воспламенять
- Тяжелый занавес упал…
Тяжелый занавес упал.
Толпа пронзительно кричала,
- Ты хочешь знать мировоззренье…
Ты хочешь знать мировоззренье,
Мятежных дней моих порыв?
- Ты уходишь от земной юдоли…
Ты уходишь от земной юдоли,
Сердца лучшего любовь тебе несут.
- Ты — молитва лазурная…
Ты — молитва лазурная,
Ты — пустынная тишь,
- У окна не ветер бродит…
У окна не ветер бродит,
Задувается свеча.
- Ты отошла, и я в пустыне…
Ты отошла, и я в пустыне
К песку горячему приник.
- Ты так светла, как снег невинный…
Ты так светла, как снег невинный.
Ты так бела, как дальний храм.
- Ты страстно ждешь. Тебя зовут…
Ты страстно ждешь. Тебя зовут, —
Но голоса мне не знакомы,
- Ты свята, но я тебе не верю…
Ты свята, но я Тебе не верю,
И давно всё знаю наперед:
- Ты, отчаянье жизни моей…
Ты, отчаянье жизни моей,
Без цветов предо мной и без слез!
- Ты горишь над высокой горою…
Ты горишь над высокой горою,
Недоступна в Своем терему.
- Ты всегда и всюду странно…
Ты всегда и всюду странно
Очаровываешь взоры.
- Ты была светла до странности…
Ты была светла до странности
И улыбкой — не проста.
- Ты не обманешь, призрак бледный…
К.М.С.
Ты не обманешь, призрак бледный
- Ты не пленишь. Не жди меня…
Ты не пленишь. Не жди меня,
Я не вернусь туда,
- Ты не научишь меня проклинать…
Ты не научишь меня проклинать,
Сколько ни трать свои силы!
- Туда, где небо с океаном…
Туда, где небо с океаном
Слилось в неясную черту,
- Ты дышишь жизнью! О, как я к тебе влеком…
Ты дышишь жизнью! О, как я к тебе влеком…
Меня манит к тебе желанье сладострастья…
- Теряет берег очертанья…
Теряет берег очертанья.
Плыви, челнок!
- Тёмно в комнатах и душно…
Тёмно в комнатах и душно —
Выйди ночью — ночью звездной,
- Туман скрывает берег отдаленный…
Туман скрывает берег отдаленный.
Ладья бежит — заметней и смелей.
- Там жили все мои надежды…
Там жили все мои надежды,
Там мне пылал огонь земной,
- Твой образ чудится невольно…
Твой образ чудится невольно
Среди знакомых пошлых лиц.
- Твоя гроза меня умчала…
Твоя гроза меня умчала
И опрокинула меня.
- Та жизнь прошла…
Та жизнь прошла,
И сердце спит,
- Сфинкс
Шевельнулась безмолвная сказка пустынь,
Голова поднялась, высока.
- Там неба осветленный край…
Там неба осветленный край
Средь дымных пятен.
- Стою у власти, душой одинок…
Стою у власти, душой одинок,
Владыка земной красоты.
- Стоит ли вечно томиться…
Стоит ли вечно томиться,
Можно ль о прошлом вздыхать,
- Стремленья сердца непомерны…
Стремленья сердца непомерны,
Но на вершинах — маяки.
- Табор шел. Вверху сверкали звезды…
Цыгане шумною толпой
По Бессарабии кочуют…
- Среди гостей ходил я в черном фраке…
Среди гостей ходил я в черном фраке.
Я руки жал. Я, улыбаясь, знал:
- Сомкни уста. Твой голос полн…
Сомкни уста. Твой голос полн
Страстей без имени и слова.
- Смотри приветно и легко…
Смотри приветно и легко
В глаза суровые разврата:
- Снова иду я над этой пустынной равниной…
Снова иду я над этой пустынной равниной.
Сердце в глухие сомненья укрыться не властно.
- Скрипнула дверь. Задрожала рука…
Скрипнула дверь. Задрожала рука.
Вышла я в улицы сонные.
- Снова ближе вечерние тени…
Снова ближе вечерние тени,
Ясный день догорает вдали.
- Смычок запел. И облак душный…
Смычок запел. И облак душный
Над нами встал. И соловьи
- Скажи мне, лигия, в каком краю далеком…
Скажи мне, Лигия, в каком краю далеком
Цветешь теперь под небом голубым?
- Синеет день хрустальный…
Синеет день хрустальный;
В холодных зовах высоты
- Сквозь винный хрусталь
В длинной сказке
Тайно кроясь,
- Сквозь серый дым от краю и до краю…
Сквозь серый дым от краю и до краю
Багряный свет
- Сегодня в ночь одной тропою…
Сегодня в ночь одной тропою
Тенями грустными прошли
- Сердито волновались нивы…
К.М.С.
Сердито волновались нивы.
- Сердце предано метели
Сверкни, последняя игла,
В снегах!
- Рожь вокруг волновалась… и шелест стеблей…
Рожь вокруг волновалась… и шелест стеблей
Заглушал упоительный звук их речей…
- Разлетясь по всему небосклону…
Разлетясь по всему небосклону,
Огнекрасная туча идет.
- Разбушуются бури, прольются дожди…
Разбушуются бури, прольются дожди,
Разметут и размоют пути.
- Сбежал с горы и замер в чаще…
Сбежал с горы и замер в чаще.
Кругом мелькают фонари…
- Боец
Я облачился перед битвой
В доспехи черного слуги.
- Просыпаюсь я — и в поле туманно…
Просыпаюсь я — и в поле туманно,
Но с моей вышки — на солнце укажу
- Прощались мы в аллее дальной…
Прощались мы в аллее дальной,
Лежала вкруг широко тень,
- В голодной и больной неволе…
В голодной и больной неволе
И день не в день, и год не в год.
- Пусть рассвет глядит нам в очи…
Пусть рассвет глядит нам в очи,
Соловей поет ночной,
- Ранний час. В пути незрима…
Ранний час. В пути незрима
Разгорается мечта.
- Прости. Я холодность заметил…
Прости. Я холодность заметил
Равно — в тревоге и в тиши.
- Протекли за годами года…
Протекли за годами года,
И слепому и глупому мне
- Пророк земли — венец творенья…
Пророк земли — венец творенья,
Подобный молньям и громам,
- Проходят сны и женственные тени…
Проходят сны и женственные тени,
В зеленый пруд смотрю я, не дыша.
- При посылке белой азалии
Вот они — белые звуки
Девственно-горних селений…
- При жолтом свете веселились…
При жолтом свете веселились,
Всю ночь у стен сжимался круг,
- Предчувствую тебя. Года проходят мимо…
И тяжкий сон житейского сознанья
Ты отряхнешь, тоскуя и любя.
- Пристань безмолвна. Земля близка…
Пристань безмолвна. Земля близка.
Земли не видно. Ночь глубока.
- Природы вечера могучей…
Природы вечера могучей
В окно струится аромат;
- Придут незаметные белые ночи…
Придут незаметные белые ночи.
И душу вытравят белым светом.
- Поэт в изгнаньи и в сомненьи…
Поэт в изгнаньи и в сомненьи
На перепутьи двух дорог.
- Поэту
Я встретил вновь тебя, поэт.
Твои стихи — живые грезы.
- Последний пурпур догорал…
Последний пурпур догорал,
Последний ветр вздохнул глубоко,
- В городе колокол бился…
В городе колокол бился,
Поздние славя мечты
- Была и страсть, но ум холодный…
Была и страсть, но ум холодный
Ее себе поработил,
- После грозы
Под величавые раскаты
Далеких, медленных громов
- Прощай. В последний раз жестоко…
Прощай. В последний раз жестоко
Я обманул твои мечты…
- В минутном взрыве откровений…
В минутном взрыве откровений,
В часы Твоей, моей весны,
- В небе — день, всех ночей суеверней…
В небе — день, всех ночей суеверней,
Сам не знает, он — ночь или день.
- В бездействии младом, в передрассветной лени…
В бездействии младом, в передрассветной лени
Душа парила ввысь, и там Звезду нашла.
- После битвы
Я возвращусь стопой тяжелой,
Паду средь храма я в мольбе,
- Полный месяц встал над лугом…
Полный месяц встал над лугом
Неизменным дивным кругом,
- В ночи, когда уснет тревога…
В ночи, когда уснет тревога,
И город скроется во мгле —
- Полюби эту вечность болот…
Полюби эту вечность болот:
Никогда не иссякнет их мощь.
- Помните день безотрадный и серый…
Помните день безотрадный и серый,
Лист пожелтевший во мраке зачах…
- Поздно. В окошко закрытое…
Поздно. В окошко закрытое
Горькая мудрость стучит.
- Посвящение
Встали надежды пророка —
Близки лазурные дни.
- В неуверенном, зыбком полете…
В неуверенном, зыбком полете
Ты над бездной взвился и повис.
- В те целомудренные годы…
В те целомудренные годы
Я понял тайный жизни смысл,
- Покраснели и гаснут ступени…
Покраснели и гаснут ступени.
Ты сказала сама: «Приду».
- Поклонник эллинов — я лиру забывал…
Поклонник эллинов — я лиру забывал,
Когда мой путь ты словом преграждала.
- В передзакатные часы…
В передзакатные часы
Среди деревьев вековых
- В серебре росы трава…
В серебре росы трава.
Холодна ты, не жива.
- Проходишь ты в другие дали…
Проходишь ты в другие дали,
Другие слышишь голоса.
- В сумерки девушку стройную…
В сумерки девушку стройную
В рощу уводит луна.
- В часы недавнего паденья…
В часы недавнего паденья
Душа внезапно поняла
- Печальная блеклая роза…
Печальная блеклая роза
Качала головкой своей,
- В чужбину по гудящей стали…
В чужбину по гудящей стали
Лечу, опомнившись едва,
- В фантазии рождаются порою…
В фантазии рождаются порою
Немые сны.
- По зеленым обрывам…
По зеленым обрывам
Я искал мое чудо.
- В эти желтые дни меж домами…
В эти желтые дни меж домами
Мы встречаемся только на миг.
- Под вечер лет с немым вниманьем…
Под вечер лет с немым вниманьем
В былое смутно погружен,
- Вербы — это весенняя таль…
Вербы — это весенняя таль,
И чего-то нам светлого жаль,
- Вдали мигнул огонь вечерний…
Вдали мигнул огонь вечерний —
Там расступились облака,
- Повеселясь на буйном пире…
Моей матери
Повеселясь на буйном пире,
- Погибло всё. Палящее светило…
Погибло всё. Палящее светило
По-прежнему вершит годов круговорот.
- Поверь, и я, далекий света…
Поверь, и я, далекий света,
Давно мечтавший об ином,
- Везде — над лесом и над пашней…
Везде — над лесом и над пашней,
И на земле, и на воде —
- Андрею Белому
Ты открывал окно. Туман
Гасил свечу.
- Андрею Белому
«Опрокинут, канул в бездну»
Зинаидин грозный щит,
- Весенний день прошел без дела…
Весенний день прошел без дела
У неумытого окна;
- Вербочки
Мальчики да девочки
Свечечки да вербочки
- Веселимся, кружимся…
Веселимся, кру’жимся,
Хороводом тешимся —
- Отдавшись снежной вьюге…
Отдавшись снежной вьюге,
Тону в твоих глазах;
- Ветер принес издалёка…
Ветер принес издалёка
Песни весенней намек,
- Ветр налетит, завоет снег…
Ветр налетит, завоет снег,
И в памяти на миг возникнет
- Внемля зову жизни смутной…
Внемля зову жизни смутной,
Тайно плещущей во мне,
- Влюбленность («И опять твой сладкий сумрак, влюбленность…»)
И опять твой сладкий сумрак, влюбленность.
И опять: «Навеки. Опусти глаза твои».
- Внемлю голосу свободы…
Внемлю голосу свободы,
Гулу утренней земли.
- Всю зиму мы плакали, бедные…
Всю зиму мы плакали, бедные.
Весна отворила двери.
- Восходишь ты, что строгий день…
Восходишь ты, что строгий день
Перед задумчивой природой.
- Вот снова пошатнулись дали…
Вот снова пошатнулись дали,
Бегут, синеющие, в высь.
- Впечатления Рейна
Рейн — чудесная река,
Хоть не очень широка.
- Песня Офелии («Разлучаясь с девой милой…»)
Разлучаясь с девой милой,
Друг, ты клялся мне любить!
- Всё на земле умрет — и мать, и младость…
Всё на земле умрет — и мать, и младость,
Жена изменит, и покинет друг.
- Ворона
Вот ворона на крыше покатой
Так с зимы и осталась лохматой…
- Глухая полночь медленный кладет покров…
Глухая полночь медленный кладет покров.
Зима ревущим снегом гасит фонари.
- Всё, что в море покоит волну…
Всё, что в море покоит волну,
Всколыхнет ее в бурные дни.
- Ночью сумрачной и дикой…
О.М. Соловьевой
Ночью сумрачной и дикой —
- Она прекрасна — нет сомненья…
La virginella e simile alla rosa.[1]
Она прекрасна — нет сомненья,
- О легендах, о сказках, о мигах…
О легендах, о сказках, о мигах:
Я искал до скончания дней
- Ночью вьюга снежная…
Ночью вьюга снежная
Заметала след.
- Последняя часть философской поэмы
Ты, о, Афина бессмертная
С неумирающим Эросом!
- Ночь. Город угомонился…
Ночь. Город угомонился.
За большим окном
- Они звучат, они ликуют…
Они звучат, они ликуют,
Не уставая никогда,
- Отшедшим
Здесь тихо и светло. Смотри, я подойду
И в этих камышах увижу всё, что мило.
- Отрекись от любимых творений…
Отрекись от любимых творений,
От людей и общений в миру,
- Она молода и прекрасна была…
Она молода и прекрасна была
И чистой мадонной осталась,
- Встану я в утро туманное…
Встану я в утро туманное,
Солнце ударит в лицо.
- Озарен таинственной улыбкой…
Озарен таинственной улыбкой
Проводил он дни земли.
- Почиет в мире Теодорих…
Почиет в мире Теодорих,
И Дант не встанет с ложа сна.
- Вот она — в налетевшей волне…
Вот она — в налетевшей волне
Распылалась последнею местью,
- Ночь грозой бушевала, и молний огни…
Ночь грозой бушевала, и молний огни
Озаряли гряду отдаленных холмов;
- О легендах, о сказках, о тайнах…
О легендах, о сказках, о тайнах.
Был один Всепобедный Христос.
- Всё бесконечней, всё хрустальней…
Всё бесконечней, всё хрустальней
Передо мной синела даль.
- Нет конца лесным тропинкам…
Нет конца лесным тропинкам.
Только встретить до звезды
- Ночь теплая одела острова…
Ночь теплая одела острова.
Взошла луна. Весна вернулась.
- Всё, чем дышал я…
Всё, чем дышал я,
Чем ты жила,
- Входите все. Во внутренних покоях…
С. Соловьеву
Входите все. Во внутренних покоях
- Неправда, неправда, я в бурю влюблен…
Неправда, неправда, я в бурю влюблен,
Я люблю тебя, ветер, несущий листы,
- Ночь всё темней и благовонней…
Не называй ее небесной
И у земли не отнимай!
- Гамаюн, птица вещая (картина В. Васнецова)
На гладях бесконечных вод,
Закатом в пурпур облеченных,
- Гейне. «Вот май опять повеял…»
Вот май опять повеял,
Цветы зацвели и лес,
- Ныне, полный блаженства…
Ныне, полный блаженства,
Перед божьим чертогом
- О, как безумно за окном…
Вы, бедные, нагие несчастливцы.
Лир
- Где ты паришь теперь…
Где ты паришь теперь,
О, девственная тень…
- Песня за стеной
О, наконец! Былой тревоге
Отдаться мыслью и душой!
- Глухая полночь. Цепененье…
Глухая полночь. Цепененье
На душу сонную легло.
- Отворяются двери — там мерцанья…
Отворяются двери — там мерцанья,
И за ярким окошком — виденья.
- Песельник
Там за лесом двадцать девок
Расцветало краше дня.
- О, я хочу безумно жить…
О, я хочу безумно жить:
Всё сущее — увековечить,
- Ожидание
Дни текут молчаливо,
Непонятные дни.
- Одинокий, к тебе прихожу…
Одинокий, к тебе прихожу,
Околдован огнями любви.
- Неведомому богу
Не ты ли душу оживишь?
Не ты ли ей откроешь тайны?
- Никто не умирал. Никто не кончил жить…
Никто не умирал. Никто не кончил жить.
Но в звонкой тишине блуждали и сходились.
- Гроб невесты легкой тканью…
Гроб невесты легкой тканью
Скрыт от глаз в соборной мгле.
- Не сердись и прости. Ты цветешь одиноко…
…и поздно желать,
Все минуло: и счастье и горе.
- О, не смотри в глаза мои с укором…
О, не смотри в глаза мои с укором,
Не призывай к безмолвию и сну!
- Гейне. Пролог
Чуть не в каждой галерее
Есть картина, где герой,
- Не могу тебя не звать…
Не могу тебя не звать,
Счастие мое!
- Небесное умом не измеримо…
Небесное умом не измеримо,
Лазурное сокрыто от умов.
- Не часто, не всегда, с мольбой и чутким страхом…
Не часто, не всегда, с мольбой и чутким страхом
Смотрю в твои глаза и чую прошлый день…
- Не спят, не помнят, не торгуют…
Не спят, не помнят, не торгуют.
Над черным городом, как стон,
- Не бойся умереть в пути…
Не бойся умереть в пути.
Не бойся ни вражды, ни дружбы.
- Не венчал мою голову траурный лавр…
Не венчал мою голову траурный лавр
В эти годы пиров и скорбей.
- Не презирайте, бога ради…
Не презирайте, бога ради,
Меня за мысли и мечты,
- Не поймут бесскорбные люди…
Не поймут бесскорбные люди
Этих масок, смехов в окне!
- Не пой ты мне и сладостно, и нежно…
Не пой ты мне и сладостно, и нежно:
Утратил я давно с юдолью связь.
- Не презирай воспоминаний…
Не презирай воспоминаний, —
Они украсят дней чреду;
- Не отравляй души своей…
Не отравляй души своей
Всегда угрюмым отрицаньем.
- Напрасно, дева, ты бежала…
Напрасно, дева, ты бежала,
Моей пытливости страшась.
- Над этой осенью — во всем…
Над этой осенью — во всем
Ты прошумела и устала.
- Накануне XX века
Влачим мы дни свои уныло,
Волнений далеки чужих;
- Не жаль мне дней ни радостных, ни знойных…
Не жаль мне дней ни радостных, ни знойных,
Ни лета зрелого, ни молодой весны.
- На серые камни ложилась дремота…
На серые камни ложилась дремота,
Но прялкой вилась городская забота.
- Над гладью озёрных огней…
Над гладью озёрных огней,
Рукою холодной разбитых,
- Навстречу вешнему расцвету…
Навстречу вешнему расцвету
Зазеленели острова.
- На небе зарево. Глухая ночь мертва…
На небе зарево. Глухая ночь мертва.
Толпится вкруг меня лесных дерев громада,
- Гейне. «Опять воскрешает мне память…»
Опять воскрешает мне память
Развеянный ветром образ —
- На лугу
Леса вдали виднее,
Синее небеса,
- Голоса скрипок
Евг. Иванову
Из длинных трав встает луна
- На вечере в честь Л. Толстого
В толпе, родной по вдохновенью,
В тумане, наполнявшем зал,
- На весенний праздник света…
На весенний праздник света
Я зову родную тень.
- На обряд я спешил погребальный…
На обряд я спешил погребальный,
Ускоряя таинственный бег.
- Глухая странность бытия…
Глухая странность бытия
Уже недолго будет сниться.
- Грустя и плача и смеясь…
Грустя и плача и смеясь,
Звенят ручьи моих стихов
- Мы — чернецы, бредущие во мгле…
Мы — чернецы, бредущие во мгле,
Куда ведет нас факел знанья
- Готов ли ты на путь далекий…
Готов ли ты на путь далекий,
Добра певец?
- Мы шли на Лидо в час рассвета…
Мы шли на Лидо в час рассвета
Под сетью тонкого дождя.
- Мы живем в старинной келье…
Мы живем в старинной келье
У разлива вод.
- Мы подошли — и воды синие…
Мы подошли — и воды синие,
Как две расплеснутых стены.
- Молитву тайную твори…
Молитву тайную твори —
Уже приблизились лучи
- Моя душа в смятеньи страха…
Моя душа в смятеньи страха
На страже смерти заждалась,
- За городом в полях весною воздух дышит…
За городом в полях весною воздух дышит.
Иду и трепещу в предвестии огня.
- Летний вечер
Последние лучи заката
Лежат на поле сжатой ржи.
- Дитя! Твоим прозрачным словом…
Дитя! Твоим прозрачным словом
Я окрылен.
- Кто-то вздохнул у могилы…
Кто-то вздохнул у могилы,
Пламя лампадки плывет.
- Долго искал я во тьме лучезарного бога…
Долго искал я во тьме лучезарного бога…
Не было сердцу ответа, душе молодой упованья…
- Дома растут, как желанья…
Дома растут, как желанья,
Но взгляни внезапно назад:
- Луна проснулась. Город шумный…
К.М.С.
Луна проснулась. Город шумный
- Если только она подойдет…
Если только она подойдет —
Буду ждать, буду ждать…
- Моей матери («Друг, посмотри, как в равнине небесной…»)
Друг, посмотри, как в равнине небесной
Дымные тучки плывут под луной,
- Моей матери («Чем больней душе мятежной…»)
Чем больней душе мятежной,
Тем ясней миры.
- Есть минуты, когда не тревожит…
Есть минуты, когда не тревожит
Роковая нас жизни гроза.
- Есть чудеса за далью синей…
Есть чудеса за далью синей —
Они взыграют в день весны.
- Мне страшно. Чую приближенье…
Мне страшно. Чую приближенье
Минут, когда нельзя мечтать,
- Душа моя тиха. В натянутых струнах…
Душа моя тиха. В натянутых струнах
Звучит один порыв, здоровый и прекрасный,
- Душа! Когда устанешь верить?…
Душа! Когда устанешь верить?
Весна, весна! Она томна,
- Дышит утро в окошко твое…
Дышит утро в окошко твое,
Вдохновенное сердце мое,
- Медленно, тяжко и верно…
Медленно, тяжко и верно
В черную ночь уходя,
- Мчит меня мертвая сила…
Мчит меня мертвая сила,
Мчит по стальному пути.
- Мы преклонились у завета…
Мы преклонились у завета,
Молчаньем храма смущены.
- Мы не торопимся заране…
Мы не торопимся заране
Огни ненужные зажечь,
- Мы странствовали с ним по городам…
Мы странствовали с Ним по городам.
Из окон люди сонные смотрели.
- Мы отошли и стали у кормила…
Мы отошли и стали у кормила,
Где мимо шли сребристые струи.
- Мы проснулись в полном забвении…
Мы проснулись в полном забвении —
в полном забвении.
- Мы устали. Довольно. Вперед и вперед…
И влекла меня жажда безумная
Жажда жизни вперед и вперед…
- Мне снилась снова ты, в цветах, на шумной сцене…
Мне снилась снова ты, в цветах, на шумной сцене,
Безумная, как страсть, спокойная, как сон,
- Мне снилась смерть любимого созданья…
Мне снилось, что ты умерла.
Гейне
- Мне странно. Столько долгих лет…
Мне странно. Столько долгих лет
Прошло тоскливо и печально;
- Много хотел я с тобой говорить…
Много хотел я с тобой говорить, —
Только уж лучше молчанье хранить.
- Мой монастырь, где я томлюсь безбожно…
Мой монастырь, где я томлюсь безбожно, —
Под зноем разума расплавленный гранит.
- Мы всё простим — и не нарушим…
Мы всё простим — и не нарушим
Покоя девственниц весны,
- Курятся алтари, дымят паникадила…
Курятся алтари, дымят паникадила
Детей земли.
- Медленно в двери церковные…
Медленно в двери церковные
Шла я, душой несвободная,
- Любопытство напрасно глазело…
Любопытство напрасно глазело
Из щелей развратных притонов.
- Ловлю я тонкий прах надежды…
Ловлю я тонкий прах надежды,
Ты замедляешь быстрый шаг,
- Люблю. начертаны святые письмена…
Люблю. Начертаны святые письмена,
И смело льется стих покорный…
- Милый друг, и в этом тихом доме…
Милый друг, и в этом тихом доме
Лихорадка бьет меня.
- Милый друг! Ты юною душою…
Милый друг! Ты юною душою
Так чиста!
- Ловя мгновенья сумрачной печали…
Ловя мгновенья сумрачной печали,
Мы шли неровной, скользкою стезей.
- Ловлю дрожащие, хладеющие руки…
Ловлю дрожащие, хладеющие руки;
Бледнеют в сумраке знакомые черты!..
- Когда-то долгие печали…
Когда-то долгие печали
Связали нас.
- Кто заметил огненные знаки…
Кто заметил огненные знаки,
Не уйдет безмолвный прочь.
- Кто-то шепчет и смеется…
Кто-то шепчет и смеется
Сквозь лазоревый туман.
- Коршун
Чертя за кругом плавный круг,
Над сонным лугом коршун кружит
- Когда кончается тетрадь моих стихов…
Когда кончается тетрадь моих стихов,
И я их перечту, мне грустно. Сердце давит
- Когда замрут отчаянье и злоба…
Когда замрут отчаянье и злоба,
Нисходит сон. И крепко спим мы оба
- Когда я одинок и погружен в молчанье…
Когда я одинок и погружен в молчанье,
Когда чужая речь давно мне не слышна,
- Когда толпа вокруг кумирам рукоплещет…
К добру и злу постыдно равнодушны,
В начале поприща мы вянем без борьбы.
- Когда я прозревал впервые…
Когда я прозревал впервые,
Навстречу жаждущей мечте
- Как старинной легенды слова…
Как старинной легенды слова,
Твоя тяжкая прелесть чиста.
- Какому богу служишь ты?…
Какому богу служишь ты?
Родны ль тебе в твоем пареньи
- Какой-то вышний серафим…
Какой-то вышний серафим
Принес мне чудных звуков море.
- Когда же смерть? Я всё перестрадал…
Когда же смерть? Я всё перестрадал,
Передо мною — мир надзвездный.
- Когда докучливые стоны…
Когда докучливые стоны
Моей души услышишь ты,
- За краткий сон, что нынче снится…
За краткий сон, что нынче снится,
А завтра — нет,
- Жду я холодного дня…
Жду я холодного дня,
Сумерек серых я жду.
- Золотокудрый ангел дня…
Золотокудрый ангел дня
В ночную фею обратится,
- Земное сердце стынет вновь…
Земное сердце стынет вновь,
Но стужу я встречаю грудью.
- Или устал ты до времени…
Или устал ты до времени,
Просишь забвенья могил,
- К чему бесцельно охранять…
К чему бесцельно охранять
Свои былые вдохновенья?
- За горами, за лесами…
За горами, за лесами,
За дорогами пыльными,
- За туманом, за лесами…
За туманом, за лесами
Загорится — пропадет,
- Золотит моя страстная осень…
Золотит моя страстная осень
Твои думы и кудри твои.
- Я к людям не выйду навстречу…
Я к людям не выйду навстречу,
Испугаюсь хулы и похвал.
- Зарево белое, желтое, красное…
Зарево белое, желтое, красное,
Крики и звон вдалеке.
- Зачем, зачем во мрак небытия…
Зачем, зачем во мрак небытия
Меня влекут судьбы удары?
- Здесь в сумерки в конце зимы…
Здесь в сумерки в конце зимы
Она да я — лишь две души.
- Звезда полночная скатилась…
Звезда полночная скатилась
И не оставила следа…
- Из ничего — фонтаном синим…
Из ничего — фонтаном синим
Вдруг брызнул свет.
- Успокоительны, и чудны…
Успокоительны, и чудны,
И странной тайной повиты
- И поздно, и темно. Покину без желаний…
И поздно, и темно. Покину без желаний
Бунтующий весельем божий дом.
- Здесь память волны святой…
Здесь память волны святой
Осталась пенистым следом.
- Знаю, бедная, тяжкое бремя…
Смерть и время царят на земле —
Ты владыками их не зови.